Фантастическая пьеса
Действующие лица
Люмор 35 лет
Ясноглазая (около 20 лет)
Тюм (молодой увалень лет 25)
Староста
Фук
Бабка
Топырь
Пастух
Капитан
Торговец 1
Торговец 2
Торговец 3
Глашатаи
Рыбак
Толпа
Сцена 1
Деревня-лес. На сцене установлены скамьи, отдельно возвышается помост для выступающего.
Явление 1
Входит СТАРОСТА
СТАРОСТА: Все на собрание! На собрание!
Явление 2
Постепенно собираются и рассаживаются по скамьям деревенские жители (в том числе Тюм и Ясноглазая).
Входят Фук, Люмор, Бабка
Бабка предлагает Фуку что-то из корзинки.
ФУК: Не буду я есть эти твои пирожки, их, небось, мышка нюхала.
БАБКА: Что ты говоришь такое! Какая мышка! Отродясь мышей в доме не водилось! Люмар, угощайся!
ФУК: Люмар, не бери у нее ничего. Нет, можешь взять, но есть - не вздумай. Бабка Сюта у нас готовить любит, но не умеет, а с возрастом, знаешь, не всякий опыт приходит. И не ко всем.
БАБКА: Злой ты. Вот злой и не благодарный. И отец у тебя такой же был, и дед…
ФУК: Слыхал? Она еще деда моего помнит. Всех пережила!
СТАРОСТА: Собрание начинается!
ЛЮМОР: Спасибо, баба Сюта.
Староста поднимается на помост.
СТАРОСТА: Все, все, утихаряемся! Начинаю доклад. Деревня наша процветает, и никто этого опровергнуть не в силах, потому как, сами видите, процветание не скрыть. Это вам не лужа, на которую мусора всякого накидай и не видно ее. Но надо помнить, никак нельзя забывать, что процветает наша деревня не сама по себе, так сказать самотеком, а исключительно благодаря высокой организации процесса со стороны деревенского управления. Вот опять-таки приведу пример, это по поводу заявления от одного из наших пришлых жителей, Люмора. Ну, вы все Люмора знаете, так что представлять я его не буду, тем более, что год назад на собрании мы его уже представляли, а кого тогда на собрании не было – тот сам виноват, потому что на собрание ходить надо, для того они, собрания и собираются, чтобы на них ходить.
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ: По делу говори, знаем мы, знаем Люмора.
СТАРОСТА: Вот, значит, заявление. Я его покажу, но давать не буду, поскольку это документ. Я вам так скажу, что он здесь пишет.
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ: Да ясно, что пишет! Отпустить просится, что ж еще!
СТАРОСТА: Да, не могу не подтвердить верность реплики из зала. Хотя лучше бы вы, Вениамин, помалкивали, поскольку до вашей коровы, которая кукурузу потоптала на общих полях, мы еще доберемся, об этом разговор еще пойдет. Так вот, о Люморе. С одной стороны отпустить Люмора можно, урожай почти собрали и барак достроили. Но с другой-то стороны, отпускать его все-таки жаль. Сами посудите: сильный мужчина, мозговитый, а есть еще пожелание амбар поставить, так Люмор в этом случае очень кстати придется.
ЛЮМОР: Ага, а потом мост надо будет обновить, а там еще что-нибудь обветшает. У вас же все время что-то сыпется и рушится! Одно поправим, другое перекосит.
СТАРОСТА: Вот напрасно вы, Люмор, так это все излагаете, я бы сказал, иронично. Деревня вас приняла, деревня вас любит, и дом выделила, и если хотите знать, обсуждался вопрос прописать вас в постоянные жители…
ЛЮМОР: Ни за что… Отпустите меня! Ну, пожалуйста, отпустите…
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ: А то и правда, оставайся, чего тебе по миру мыкаться?!
ЛЮМОР: (испуганно) Ребята, да вы что?! Был же уговор на полгода, так они когда уже истекли!
Поднимается шум противоположных мнений.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (встает с места) Вот что. Отпустите Люмора. А за это и я с ним уйду. И Тюма с собой заберу. От меня вы давно хотели избавиться, потому как, вроде, у меня отец – пират. А Тюм… Тюм без меня все равно здесь не нужен, только кормить его даром будете. Он вас не понимает, вы – его не понимаете.
СТАРОСТА: Что ж. Мысль, конечно, путная. Но есть сомнения…
ФУК: Да какие там сомнения! Радуйся, пока она согласна. Что ты за Люмора уцепился, ну хочет человек идти, так нехай и идет!
ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ: Правильно!
СТАРОСТА: Ну, раз так… раз против никто не возражает… так пожалуй, что и просьбу обоюдно удовлетворим! Люмор, отпускаем тебя, деревня дает свое позволение.
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ: Идти можно? Все уже?
СТАРОСТА: Завтра жду в это же время, обсудим вопрос по ремонту дорог.
ФУК: Да что там их ремонтировать? Накидал семян плоского дерева, да жди, пока прорастет!
СТАРОСТА: Это вы, Фук, не подумав сказали. А семена какие брать: свежие, того года или проверенные? А кто отвечать будет, если плоское дерево, скажем, к вам на огород заползет? Это ж дежурства надо распределить, и ночные смены, и контроль… Это серьезные вопросы, их нельзя абы как решать.
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ: Но сейчас-то идти можно?
СТАРОСТА: Сейчас никого не держу.
Деревенские встают со скамеек, расходятся. Остаются Люмор, Ясноглазая и Тюм.
Явление 3
Люмор, Ясноглазая и Тюм
ЯСНОГЛАЗАЯ: Прости, что я тебе навязалась, да еще и Тюма приплела. Но, сам видишь, нам тут не житье. С другой стороны, если мы тебе совершенно в тягость, так ты скажи – отойдем за поля и разойдемся в разные стороны.
ЛЮМОР: Сама-то что об этом думаешь?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты мне нужен. На тебя можно положиться, и ты можешь защитить, если что…
ЛЮМОР: Ну, твой Тюм тоже не слабачок.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Физически – да. Но разумом… Ты сам все знаешь. Сам понимаешь. Он почти дитя и мира не осознает… В общем, ты нам нужен. Очень нужен.
ЛЮМОР: А что, родни у него не осталось?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Так он же не здешний! Его третьего года в болоте нашли. Стоит, в одну точку смотрит. Привели, отмыли, пытались вызнать, кто он да откуда и куда шел. А он – молчит или мычит. Да ты его знаешь, вот такого и нашли.
ЛЮМОР: Понятно.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты не бойся, он обузой не будет, я умею с ним обращаться.
ЛЮМОР: Ты уже решила, куда идти?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я думала про затерянные земли. Но это не обязательно, мне бы хоть чуть-чуть мир посмотреть, ну как другие люди живут… Например, в Ставничах.
ЛЮМОР: Не океан?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Почему океан?
ЛЮМОР: Ну, твой отец вроде как… об этом удобно говорить?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что он пират? Я понятия не имею, кто мой отец! И я ни разу его не видела! Это все деревенские сплетни, от которых мне теперь и приходится бежать! А еще от глупости.
ЛЮМОР: Думаешь, за пределами деревни глупости меньше?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Понятия не имею, но кажется пришло время проверить. Так ты не ответил… берешь нас с собой?
ЛЮМОР: Если бы я был против, то сказал бы об этом на собрании. Не умею поступать наполовину: обещать одно, а делать другое.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Спасибо…
ЛЮМОР: Да это тебе спасибо. Если бы не ты, меня бы оставили еще на год, а то и прописали бы в книге жителей, а тогда и помирать здесь…
ЯСНОГЛАЗАЯ: Когда выходим?
ЛЮМОР: Завтра день на сборы и на прощания, а послезавтра, пожалуй, и пойдем с утра. Не страшно?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Страшно. И странно. Там другие люди, другие законы. Но так и должно быть, когда идешь к переменам! Пока! Увидимся!
Уходят в разные стороны
Действие 2
Утро третьего дня. Край деревни. Орет петух.
Явление 1
Входят Ясноглазая и Тюм, следом появляется Люмор.
ЛЮМОР: Не опоздали? Славно. Хорошее время уходить – деревня еще спит.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (кивает на мешок за плечами Люмора) А у тебя много вещей.
ЛЮМОР: Это не вещи. Это – рыба. С утра уже рыбы наглушил.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Это в кустарниках?
ЛЮМОР: Да, где пушистая ягода. Вылазит, дура такая, корни воротит. Я ее бабах дубиной! Наглушил, вот, засолил наскоро. Все ж – еда. Там, в других местах такой рыбы может и не быть, даже наверняка что нет. Хороший закон, чтобы рыбы на полях паслась.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Не тяжело тебе? Ты Тюму мешок отдай, у него сила, она не кончается, и он не устает.
ЛЮМОР: Так уж не устает?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Совсем. На него же другие законы были писаны, не такие, что здесь.
ЛЮМОР: Со всеми попрощались?
ЯСНОГЛАЗАЯ: (пожимает плечами) С кем тут прощаться, все только рады. Вчера зашла у Агафьи блинов в дорогу купить, так она и говорит: «О!, говорит, а ты еще здесь?». Понимаешь? Вот ей даже не интересно, куда я уйду, как жить буду, где? Дурная деревня!
ЛЮМОР: Обычная.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что, идем уже?! Хочу поскорее отсюда уйти!
ЛЮМОР: Вот за этим камнем – граница деревни. Переступи, и ты уже на свободе!
Ясноглазая быстро перескакивает границу.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Деревня выпустила!
ЛЮМОР: Да, я еще вчера проверил.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (разглядывает землю) Никогда не видела подобных дорог.
ЛЮМОР: Думала, везде высаживают плоские деревья?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ну… это же удобно, да? И быстро.
ЛЮМОР: Да. Но нужна специальная прикормка, да и не везде земля подходящая для их роста. Ты, например, знаешь, что в меловой почве у этого дерева корни вянут?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я даже не знала, что почва бывает меловая. Мне все казалось, раз сказано по всей стране плоскими деревьями дорогу высаживать, так против закона ни человек, ни дерево не возразит.
ЛЮМОР: Они и не возражают. Просто вянут.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Вот так беда незнакомая…
ЛЮМОР: Чем ты занималась в деревне?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Как все: огород садила, рыбу на ярмарку отвозила, ковры ткала.
ЛЮМОР: А как здесь оказалась? Одна?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Почему одна? Я с мамой здесь жила. Потом мама напилась сока из дурных ягод и память потеряла.
ЛЮМОР: И… что?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ничего. Ей захотелось свободы и по миру побродяжничать, это, наверное, у нас в крови. А что дочь малая на руках – так ведь она о дочери и знать не знает, мало ли что люди скажут…
ЛЮМОР: Она тебя бросила?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Да. Оставила. Меня все село воспитывало.
ЛЮМОР: Что ж тебя теперь это село выгоняет?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Они… они боятся, наверное. То есть не меня, конечно, боятся, а папы-пирата, которого и нет никакого, но иногда люди, знаешь, боятся на всякий случай.
ЛЮМОР: Это точно.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Люмор, а ты сам куда идешь? А то мое будущее обсудили, а про тебя и слова не сказали.
ЛЮМОР: Со мной все просто. Я возвращаюсь домой. К жене.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что?! У тебя есть жена?!
ЛЮМОР: Почему тебя это так удивляет? Что ж я и женат быть не могу?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Конечно, можешь, разговор не об этом! Как же ты ее тогда покинул? Почему ушел?
ЛЮМОР: Ты мало знаешь о других странах, верно? И о законах тоже понятия не имеешь. В моей стране через пять лет после женитьбы, если не родился ребенок, мужчина должен уйти на заработки и не показываться в доме не меньше года.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А… зачем такое?
ЛЮМОР: Много причин. Во-первых, люди должны отдохнуть друг от друга, мужчина должен для дома что-то сделать, да и увидеть другие страны, чтобы знать, каково оно там, на чужбине. И потом, это – закон. Тут хочешь – не хочешь, а собирай суму и топай куда глаза глядят.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Тебя выгнали?
ЛЮМОР: Нет. Никого не выгоняют. Просто, когда время подходит, вдруг не можешь сидеть на месте, сам по себе начинаешь складывать вещи и мечтать о странствиях. У нас в городе я не первый ушел, много народу уходило.
ЯСНОГЛАЗАЯ: И все возвращались?
ЛЮМОР: Почти все.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я бы так не смогла. Я, пожалуй, в твоей стране не буду жить, дурацкие там законы.
ЛЮМОР: Мала еще о законах судить.
ЯСНОГЛАЗАЯ: В общем-то да. И знаю я мало, у нас чужие законы редко обсуждались. А где мы ночевать будем?
ЛЮМОР: На эту ночь можем в Белорыбицах остановиться.
ТЮМ: Надо.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Мне иногда кажется, что его ответы неслучайны, и что все он понимает. Ну, или почти все. Пойдем Тюм! Не отставай!
Уходят.
Сцена 2
Гостиница. Три кровати, ширма, окна с видом на лес.
Явление 1
Входят Топырь, Люмор, Ясноглазая и Тюм
ТОПЫРЬ: У нас тут не город, родненькие, и не поселковая сеть. Это вам, родненькие, Белорыбицы, село.
ЛЮМОР: Что это значит?
ТОПЫРЬ: «Указано топырям людям помогать и прочим, гостевые дворы содержать, лавки, и придорожных пускать по первым требованиям».
ЛЮМОР: И что?
ТОПЫРЬ: То, что это – закон. И обойти закон нельзя. Но не любить его можно.
ЛЮМОР: Я не понял, будут нам еще комнаты?
ТОПЫРЬ: Одна, будет с вас. И делите, как хотите.
ЛЮМОР: Сколько мы должны?
ТОПЫРЬ: По тарифу.
Люмор расплачивается по счету.
ЛЮМОР: В этой гостинице можно купить свежую карту и новые законы?
ТОПЫРЬ: Прям все-все законы?
ЛЮМОР: Хотя бы ближайших мест.
ТОПЫРЬ: Пять монет. И не торгуйтесь, все равно не уступлю.
Люмор платит, Топырь достает из кармана мятую тетрадь, протягивает, уходит.
Явление 2
Ясноглазая, Люмор, Тюм.
ЛЮМОР: (смотрит в тетрадь) Интересно…
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что интересного?
ЛЮМОР: Похоже, за то время, пока я работал в деревне, дороги сильно изменились. Я приходил сюда через Верхнеруву, а это – налево. По новой карте выходит, что там сейчас непроходимые топи и идти придется направо, в обход.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Это долго?
ЛЮМОР: Дело не в этом, пара дней больше, пара меньше - не важно. Но сразу после Глюмара ночевать придется в лесу, слишком нелюдимые там места, и еще не построены гостевые сторожки. Это бы ничего, если бы знать, кто там водится.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Зачем там топи? Зачем они вообще?
ЛЮМОР: Рассол добывать, например. Нужная вещь, они его потом в банки закатывать будут да по всем сторонам торговать.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А не мог топырь карту подделать? Ты же сам говорил, что они, топыри, коварные?
ЛЮМОР: Не настолько. А топи давно планировались, я это слышал еще по пути сюда. Надеялся, что как всегда протянут или отложат.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Страшный он, этот топырь. Хоть и сказано ему людям помогать, а все равно я ему не доверяю. У него глаз дурной.
ЛЮМОР: Да они все такие. Разве ты не была в Белорыбицах?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Нет. Мы на базар в другую сторону ездили, к Огорелицам и за Папоротниковые Поросли, в новое село. Я слышала, раньше топыри жили в гнездах?
ЛЮМОР: Верно. В некоторых странах они до сих пор в гнездах живут. Топыри от природы нелюдимы и характер у них отвратительный, с ними вообще не любят связываться. Но здесь их обязали содержать гостиницы и помогать путникам.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А он не зайдет сюда ночью?
ЛЮМОР: Зачем?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ясно зачем, кровь пить.
ЛЮМОР: Топыри не могут обидеть тех, кто живет в их доме. Но не стоит их недооценивать. Закон обязывает их оказывать услуги людям, но никто не сможет обязать их быть не теми, кто они есть.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что это значит?
ЛЮМОР: Природа существа – тоже закон.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты их боишься?
ЛЮМОР: Нет. Я не боюсь топырей. Ни этого, ни всех остальных.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А чего ты тогда боишься?
ЛЮМОР: (со вздохом) Дураков всемогущих. Вот это – страшно.
Люмор достает из сумы книгу и неспешно ее перелистывает.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что это?
ЛЮМОР: Свод законов. Старый, конечно, и неполный, но хоть такой…
ЯСНОГЛАЗАЯ: А карта там есть?
ЛЮМОР: Конечно.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Здорово. Это хорошо, что мы к тебе напросились, а то я совершенно не разбираюсь в путешествиях. Я у старосты законослов спрашивала, но он пожадничал, говорит, на деревню всего две книги, самим нужно. А я говорю, зачем такой свод тем, кто на одном месте сидит, никуда не ходит? Но он все равно не дал, даже посмотреть. А о чем там пишут?
ЛЮМОР: Здесь мы находимся. А сюда, (показывает на карте) сюда мне нужно попасть.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Через несколько государств пройти? Это же границы черточками нарисованы, да?
ЛЮМОР: Верно. Так что можешь выбирать, где остаться. Если ни одна из стран тебе не понравится, устрою тебя в своем городе (укладывается на кровать).
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я раньше думала ты такой бродяга, перекати-поле, что ли, так говорят? Вон и Тюм так думал.
ЛЮМОР: Спи, ложись. Утром договорим.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Не могу. Мне мысли разные в голову вползают.
ЛЮМОР: Что, рассказывать тебе истории, как маленькой?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты знаешь сонные истории? Здорово! А они страшные?
ЛЮМОР: Утром нам опять в дорогу. Вон, Тюм уже посапывает, раньше нас понял, что сил надо собрать.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ну расскажи!
Свет медленно угасает.
ЛЮМОР: На красной заре пришел в одну деревню топырь. Хотел себе гнездо свить да и жить поживать, как принято у топырей. Да только деревне это не по нраву пришлось. Стали гнать его жители, кто вилами гнал, кто факелами дымными, кто палкой с шипами. Один только мальчонка пожалел топыря, проследил, куда тот спрятался да и как стемнело, набрал воды в ведро, хлебных яблок по карманам рассовал, пошел топыря искать. Нашел. Отдал, что принес.
Попил топырь воды, и говорит:
Хотел я, говорит всю вашу деревню со свету сжить. Но ты меня пожалел, накормил-напоил, значит, есть что-то доброе в этих краях. За это научу тебя одному чуду. Пойди как жара спадет к морю, да набери синих медуз. Рук не жалей, жалить будут – терпи. Принеси их домой, да положи в корыто. Водой залей, да добавь к той воде вина из пьяных ягод. Как медузы вина напьются, потемнеет вода, ты тогда той воды набери в бутыль и крепко запечатай. Через три дня, в ночь, при луне, открой печать и проговори: «Медузья вода, отдай, что взяла, чего не видно, тому и наказанья нет!» И станешь ты невидимым, и ни одна живая душа тебе вреда причинить не сможет. Есть такой тайный закон, про него в сводах не написано, но правильные люди о нем знают.
С этими словами ушел топырь, только его и видели. А мальчонка в деревню вернулся и все так и сделал, как топырь говорил. Стал он по своему желаю невидимым обращаться, и ни одно живое существо вреда ему не могло причинить. Только вот не сказал топырь, что каждый раз, как мальчонка исчезнет – в деревне умирает кто-то. Думали, болезнь какая. Потом уже паренек догадался, что так топырь деревню наказал, наслал какую-то порчу через закон с невидимостью. Да только многие полегли в тот год в сырую землю…
Спишь, Ясноглазая? Спи, спи, малышка.
Сцена 3
Дремучий лес.
Явление 1
Люмор, Тюм, Ясноглазая.
ЛЮМОР: Нехорошее место, держитесь рядом, слушайте шорохи.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Чем оно нехорошее? Лес как лес.
ЛЮМОР: Это край волков-змееростов.
ЯСНОГЛАЗАЯ: И что?
ЛЮМОР: Прошлый раз я шел здесь с проводником, и тот обводил меня окольными путями, рассказывая небылицы о разливах рек. Ну, теперь-то я понимаю причину…
ЯСНОГЛАЗАЯ: Почему бы ему не сказать о волках?
ЛЮМОР: Я слышал об этих тварях, будто они не подчиняются закону.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Так не бывает. Просто закон этот не был озвучен, или забыли о нем. А они подчиняются, как и все вокруг.
ЛЮМОР: Мне бы твою уверенность. Ты можешь быть права, а можешь ошибаться – мы этого не узнаем, и это не так уж важно. Важно найти сторожку. Вот она на карте. Но тут еще несколько троп пересекает и сухой ручей… Неудачно мы к темноте попали, можно и с пути сбиться.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Вы как хотите, а я в этом лесу ночевать не собираюсь, мне такое не нравится. Вот в Яничах мне очень понравилось, обычная гостиница, и никаких топырей. В сторожках тоже неплохо, хотя рядом ни магазинов нет ни рынков. Но вот в лесу ночевать мне уж совсем не нравится! Что оно там по тебе ползает, потому как тропа у него на этом месте… а что сверху шлепнется – никогда заранее не знаешь. Нет, не хочу в лесу ночевать! Идемте к сторожке.
ЛЮМОР: Мы уже пересекли несколько ручьев, по карте скоро будет высохший ручей, но карта старая, там может быть сейчас река.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Вы слышали? Там, в кустах, шорох!
ЛЮМОР: Тюм, охранять! (Люмор, хватает корягу и встает в оборонительную стойку).
ТЮМ: (повторяет) Тюм. Охранять.
В мигающем свете с разных сторон начинают появляться волки-змееросты. Тюм и Люмор отбиваются, отгоняют их, закрывая собой Ясноглазую.
ЛЮМОР: Надо было нанять переводчика, чтобы перевел через эту страну.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Смотрите! Человек!
Из темноты вырастает силуэт Пастуха.
Явление 2
Те же и Пастух
ЛЮМОР: Кто вы?
ПАСТУХ: Я – пастух. А вот вы-то кто? Как здесь оказались?
ЛЮМОР: Мы сбились с пути, потеряли дорогу.
ПАСТУХ: Вот как… Это хорошо.
ЛЮМОР: Что тут хорошего?
ПАСТУХ: Хорошо не то, что вы сбились с пути, а то, что вы просто путники. Тут странные леса, много чего может привидеться, всякое происходит.
ЛЮМОР: Кстати, вы - пастух, кого же вы тут пасете?
ПАСТУХ: Змееростов, конечно. Я их от вас и отвлек. Слышали свист?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Это вы свистели?
ПАСТУХ: Моя свирель. Вы не пугайтесь теперь. Уже не стоит. Теперь все будет хорошо, с тропы не сходите, тогда и не заблудитесь.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А почему вы нам помогаете?
ПАСТУХ: Потому что я не злой. И вашей гибели не желаю. Теперь не волнуйтесь, никто на вас не нападет. Я уведу стаю в другую сторону.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А другая стая за нами не увяжется?
ПАСТУХ: Нет других стай.
Пастух уходит.
Явление 3
Ясноглазая, Люмор, Тюм
ЯСНОГЛАЗАЯ: Нет, это совершенно невозможно!
ЛЮМОР: Что именно? (оглядывается)
ЯСНОГЛАЗАЯ: И нечего оглядываться. Я вовсе не про лес говорю, я говорю про этого пастуха.
ЛЮМОР: А что не так с пастухом?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Люмор, ты даром что взрослый, ты таких вещей не замечаешь или замечать не хочешь! Вот как можно волков-змееростов без присмотра оставлять? Даже когда он нас провожать пошел, стадо-то разбрелось опять! Это же ужас!
ЛЮМОР: Почему ужас?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Нападут на кого-нибудь. Они – дурные, людей от добычи не отличают.
ЛЮМОР: Все не так страшно. Люди здесь не ходят. Может, месяца два никого не было.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Где мы вообще оказались? Это что там за камни?
ЛЮМОР: (подходит, рассматривает) Похоже на кладбище. Значит, когда-то здесь были жилые места. (Достает карту) Я понял, где мы оказались! Это кладбище слов. Где-то здесь граница проходит, совсем рядом! Мы ее пересечем, а дальше и дорога получше будет.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (читает на камне) «Кросенца - домотканые рубашки. Слово вышло из употребления…» Тут дату не разобрать.
ЛЮМОР: А что там Тюм грызет? Он это где взял?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Тюм! Фу! Нельзя, дурачок! Здесь нельзя ничего есть, плохая ягода! Держи (достает из сумки конфеты-орехи). Это поешь. Это такие растительные конфеты, я их на лен выменивала. Только скорлупу выбрасывай, ее жевать не надо.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Совсем не знаю, что с ним делать. Иногда кажется, что он все понимает, даже отвечает впопад, совсем как обычный человек. А иногда… дите дитем. Мне в деревне ведун один говорил, что это не болезнь и не проклятие, не понять, что такое. Так и не смогли его вылечить, хотя я уж всех знахарей в округе обошла…
ЛЮМОР: Скоро будет стадо домов на самовыпасе. А там и до города недалеко.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А давайте, один дом отловим?
ЛЮМОР: Зачем? Приручишь дом, а на новой границе придется его бросать. Он от тоски высохнет, станет скелетиком… Не хватай любви больше, чем нужно, добра это не прибавит.
ЯСНОГЛАЗАЯ: При чем тут любовь?
ЛЮМОР: Ласки тебе не хватает. Вот и ищешь, кого приручить. Не торопись, всего еще в жизни перепадет.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Много ты понимаешь! Мне, может, просто спать на земле надоело. И искать постоянно то сторожку, то… неизвестно что.
ЛЮМОР: Как скажешь.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А что будет, если домик переступит через границу?
ЛЮМОР: Ничего хорошего. Если в другом государстве закона о домах не принято, то жить на чужой земле он не сможет. В лучшем случае – не пройдет или врастет прямо на полосе. А в худшем…
ЯСНОГЛАЗАЯ: Не надо. Я понимаю…
Переходят невидимую черту. Грохочет гром, сверкают молнии.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что это?!
ЛЮМОР: Границу перешли.
ТЮМ: Тюм – дома.
ЛЮМОР: Очень рад. Хоть это ты помнишь.
ТЮМ: Я все помню.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Что… что с тобой сталось?
ТЮМ: Простите, что был для вас обузой.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Вовсе нет! Вовсе ты не был обузой!
ТЮМ: Спасибо, Ясноглазая. Тебе я обязан больше, чем кому бы то ни было.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты был болен?
ТЮМ: Можно сказать и так. По законам нашей страны, разум здешних жителей принадлежит земле. Тот, кто покидает родную землю, оставляет на ней и разум.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А… зачем такое придумано?
ТЮМ: Есть причины. Например, чтобы земля не теряла тех, кого породила, чтобы беглых не случалось, ну и прочее… Я, дурак, проверить хотел, как оно бывает, а вернуться уже не смог – забыл все.
ЛЮМОР: Вот так презабавно. Но уже вечереет, если мы не хотим спать на голой земле, нам надо поторопиться. Тюм, далеко отсюда ближайшая деревня?
ТЮМ: Далеко, но здесь мы без проблем ночевье найдем.
ЛЮМОР: С чего ты так решил?
Тюм оглядывается и делает несколько шагов вперед, чтобы оказаться как раз посреди небольшой полянки.
ТЮМ: Дому здесь быть!
В тот же миг из земли вытягиваются земляные стены. В одной из стен тут же возникает дверь, корни ближайших деревьев тянутся вверх, настраивая крышу.
ЛЮМОР: Удобно.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Здорово! (забегает в дом)
ТЮМ: Я ее не обижу и в обиду не дам. Пусть остается со мной, в моей стране. Я вернусь утром, а вы подумайте, обсудите… Понимаю, все изменилось, потому что я изменился, но я по-прежнему Тюм… впрочем, меня зовут не Тюм, это Ясноглазая меня так назвала... как все запуталось.
ЛЮМОР: Да… Иди, конечно. Я поговорю с ней.
Тюм, который вовсе и не Тюм, скрывается в лесу.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (выскакивает из домика) Там есть окно! Совершенно настоящее, только кривое. А стены - с прожилками корней и буграми из земли. И там есть кровати! А между ними что-то вроде грибных тумбочек на длинных кривых ногах-ветках. А где Тюм?
ЛЮМОР: Он решил у себя дома ночевать, утром вернется. Кстати, если тебе тут понравится… Тюм предлагает остаться.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Не то чтобы мне здесь не нравилось… но я не чувствую, что это мое. Хотя, конечно, рано еще об этом говорить. В дом заглянем? По-моему, он уже дорос, ничего не меняется.
ЛЮМОР: Успеется.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Зачем принимать такой закон, чтобы дома из земли вырастали?
ЛЮМОР: Я-то почем знаю? У Тюма спроси, это его страна.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Тюм… как-то он уже не совсем тот Тюм, которого я знала. Этот человек мне незнаком. И оставаться здесь я не хочу. Точно не хочу.
ЛЮМОР: Никто тебя не заставляет. Это – твоя жизнь, тебе в ней и жить.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А какие ты еще законы знаешь?
ЛЮМОР: Разные. В Средизимноморске, например, рыбам приказано летать по ночам, и рыбаки ловят их сачками для бабочек.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А где это, Средизимноморск?
ЛЮМОР: Далеко… Город посреди моря. Там место особое – бросишь камень на воду, а он не тонет. Хочешь – ходи по нему. Хочешь – дом строй.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А где ты еще бывал?
ЛЮМОР: Проходил через сторону каменоломен.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А что там интересного?
ЛЮМОР: Там самоцветы добывают. А еще, там продают хмельных кукол.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Куклы! Я люблю куклы! Только у меня их не было толком.
ЛЮМОР: В эти куклы не играют. Вот выпьет человек лишка с вечера, а поутру ему, скажем, на работу идти или важное дело делать. Так надо такую куклу в руки взять, она весь хмель-то и вытянет.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ты себе купил?
ЛЮМОР: Мне без надобности.
В лесу раздается уханье.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Ох, Люмор, страшно мне.
ЛЮМОР: Жалеешь, что из деревни ушла?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Может, и жалею слегка, там все понятно было. А может, и нет – мне там счастливой не быть. Знаешь, я одновременно и рада и жалею. Может быть такое?
ЛЮМОР: Всякое может быть.
ЯСНОГЛАЗАЯ: А, правда, что в радужном городе семь радуг в небе за раз и без всякого дождя?
ЛЮМОР: Больше, чем семь. Все небо в радугах и в любую погоду.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Полезный закон.
ЛЮМОР: Привыкаешь. Пойдем спать. Утром много решений принять надо.
Уходят в домик.
Сцена 4
Поляна в лесу, невдалеке виднеются силуэты выросших домиков и деревня Тюма.
Явление 1
Люмор
ЛЮМОР: (напевает песню, чистит обувь)
Кабы утром да повысыпали звезды
Так какое же тогда было б утро;
Кабы милая гуляла бы да с другом,
Так зачем любовь да дружба такая?
Я пойду бродить по миру веселый,
А за мною звездопад хороводом,
А за звездами любимая с другом
В те края, где все совсем по-другому…
Явление 2
Входит сонная Ясноглазая, заплетает косу
Люмор, Ясноглазая
ЯСНОГЛАЗАЯ: Доброе утро, Люмор! Я знаю эту песню, ее у нас зимой на вечерних посиделках поют. На много голосов красиво получается. Ты рано встал?
ЛЮМОР: Да вот только успел щетку достать. Славный день сегодня! С самого утра петь хочется, а я песен-то мало знаю. Вот только такие, протяжные. Сердце от радости поет, а песня – тоску нагоняет.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Учи другие. Вдруг еще когда настроение будет, а у тебя песни подходящей нет!
ЛЮМОР: Видать, придется.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Представляешь, я из дома-то вышла, а он обратно в землю врос! Хорошо, дождался, пока мы проснемся.
ЛЮМОР: А как иначе? Это ж – дом, он для человека. Есть хочешь? Там, в суме еще ореховый сыр и вода с сиропом во фляге. Допивай, я уже завтракал. Тюму не оставляй, он, наверняка дома поест.
Ясноглазая садится есть.
ЛЮМОР: (продолжает петь)
Кабы солнышко светило бы ночью
Так какая ж это ночь, если ярко?
Кабы сладкое вдруг стало соленым
Ни к чему нам таковы перемены.
Если правила не станут полезны,
Так зачем душе такие законы?
Я пойду бродить по миру до края
И искать, где все совсем по-другому.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Мне кажется, или что-то шумит?..
Сверху падает сапог
ГОЛОС СВЕРХУ: Причал! Причал! Сапог потерял, остановка!
Раздается шум моторов, спускается корабль, огромный, с ярко-синими парусами, настоящим деревянным корпусом. В корпусе виднеются прорези иллюминаторов. Якорь корабля цепляется за могучее шершавое дерево, с корабля сбрасывается веревочная лестница. С лестницы спускается КАПИТАН (он в шароварах, белой рубашке и широкополой шляпе, сплетенной из зеленой лозы, и в одном сапоге).
Явление 2
Капитан, Люмор, Ясноглазая
КАПИТАН: Доброго вечера наземным жителям! (спрыгивает с лестницы, надевает сапог). Надеюсь, никакого беспокойства не принес. Кинул в нашего боцмана сапогом, а он, гад, увернулся. Вот, пришлось причаливать.
ЯСНОГЛАЗАЯ: У вас шляпа на голове! Вы – пираты? Мне говорили, что мой отец – пират!
КАПИТАН: Пиратов не бывает - это все выдумки. А мы – небоселы.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Здорово! А вы – капитан?
КАПИТАН: Верно, я – капитан города небоселов.
ЛЮМОР: На карте нет такого города.
КАПИТАН: Откуда ж ему быть! Мы ж на небе. А карты – для тех, кто по земле ходит. Несчастные люди…
ЛЮМОР: Чем это мы несчастные?
КАПИТАН: Много у вас правил, да на каждой пяди все разные! Вот мы, небоселы – другое дело. На нас действуют только законы неба, и мы только им подчиняемся.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Это какие законы?
КАПИТАН: Охотно, охотно расскажу. Закон первый: корабли принадлежат небу, а небо – безгранично. Закон второй: ветер подчиняется корабельным магам, а дождь не смеет дотронуться до корабля…
ЯСНОГЛАЗАЯ: Над вами нет дождя? Не бывает? Никогда-никогда?!
КАПИТАН: Никогда. Закон есть закон. У нас немного законов, каждый житель корабельного города их знает.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я всегда мечтала летать…
КАПИТАН: У нас есть свободные места и каюты, и вещи. Это было бы возможно, если вы любите летать и что-то полезное умеете.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Я умею ткать! Есть у вас ткацкие станки? Если нет, я расскажу, как его сделать!
ЛЮМОР: Ясноглазая, ты куда рвешься? Вот так сразу?! Не подумав?
ЯСНОГЛАЗАЯ: Наверное, во мне свой какой-то закон, я будто для этого и жила!
КАПИТАН: Так летите вместе, у нас запретов на это нет.
ЛЮМОР: У меня другая дорога.
Ясноглазая порывисто обнимает Люмора.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Это – моё!
ЛЮМОР: Я понимаю.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Скажи Тюму… Ну, ты найдешь что сказать, правда? Хотя я думаю, он не придет, потому что зачем было бы ему приходить?
ЛЮМОР: Тюм волнуется за твое будущее. Как раньше ты волновалась за его.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Да, но теперь он во мне не нуждается. Ты разрешишь мне уйти на корабль?
ЛЮМОР: Ты самостоятельная и взрослая, тебе самой решать. Я лишь сопровождал тебя. Теперь это не нужно.
ЯСНОГЛАЗАЯ: Но… мы почти подружились.
ЛЮМОР: Это не повод, чтобы отказываться от судьбы.
ЯСНОГЛАЗАЯ: (Капитану) Я лечу с вами.
Капитан подходит к лестнице, встает на первую ступеньку и протягивает руку Ясноглазой. Та поднимается на ступеньку с другой стороны. Капитан задирает голову, пронзительно свистит, лестница поднимается наверх.
Лестница втягивается, корабль уплывает.
На сцену тихо входит Тюм, Люмор его не замечает.
Явление 2
Тюм, Люмор
ТЮМ: Она там?
Люмор оборачивается. Кивает.
ТЮМ: (будто не верит) Она улетела с ними, да?
ЛЮМОР: Да.
ТЮМ: И ты отпустил?
ЛЮМОР: Не мое право ее удерживать. А что, надо было?
Тюм неуверенно пожимает плечами.
ТЮМ: Я не знаю… Но я даже не попрощался с ней… Что я должен был делать?! Я хотел, чтобы она подумала, чтобы все было по-настоящему!
Люмор хлопает парня по плечу.
ЛЮМОР: Смирись. Ты стал другим, она не могла принять тебя нового, не знала, что от тебя ждать.
ТЮМ: А там?! Там она знает, что ждать?
ЛЮМОР: Там – ее мечта. Там новая жизнь и новые приключения. Оставь ее. Просто дай жить своей жизнью.
ТЮМ: Ходил к родителям.
ЛЮМОР: Как они?
ТЮМ: Вспомнили меня. Даже почти узнали. Говорят, искали, когда пропал, но за пределы дураков нет выходить, так что, конечно, не нашли. Невеста за другого вышла. Ребенок у них уже.
ЛЮМОР: Сочувствую.
ТЮМ: Чему?
ЛЮМОР: Всему.
ТЮМ: Зря. О чем тут грустить? Вот, привел бы Ясноглазую, а тут – невеста ждет, как тогда? А то, что обе упорхнули, так женщины, что бабочки – береги от ветра, корми досыта и от искушений береги. Чего упустил – твоя вина. Мне-то повезло, я мир повидал и все-все помню. Теперь рассказать смогу. И про плоские деревья, которыми дороги стелют, и про топырей, что без гнезд живут. И про конфетное дерево, жаль, закончились ягоды, у себя бы во дворе посадил, детишкам на радость.
ЛЮМОР: Не вырастут здесь.
ТЮМ: Твоя правда, нет здесь такого закона.
ЛЮМОР: Кому ты это все рассказывать будешь?
ТЮМ: О! У нас-то рассказчики – на вес золота! Нашим с земли – ходу нет. Видел, какими дураками становимся? У себя внутри, как в клетке! А чужаки здесь редки, даже на живородные домики не ведутся, а ведь до чего же путный закон! Зайдешь в деревню?
ЛЮМОР: Нет, спасибо. Ты – возвращайся.
ТЮМ: Прощай, Люмор. Легкой тебе дороги.
ЛЮМОР: Прощай, Тюм.
Тюм уходит. Сцена темнеет.
Сцена 5
Город, торговые лавки, в небе несколько радуг.
Люмор идет по рынку, смотрит на товары
Явление 1
Люмор, торговцы
ТОРГОВЕЦ 1: Подходи, человек! Смотри, какие шелка, какие ткани! Только у нас такие ткани найдешь, ни в одной стране мира нет такого закона, чтобы из лаванды полотна ткали!
ТОРГОВЕЦ 2: Попробуй яблоки! Сочные, медовые! Сам растил, ухаживал, семена аж с Архипелага привез!
ЛЮМОР: Прямо с Архипелага?
ТОРГОВЕЦ 2: Не сомневайся! Пробуй, не стесняйся! За укус монету не просят!
ТОРГОВЕЦ 3: Это, смотря где.
Люмор берет яблоко, бросает монету.
ЛЮМОР: (грызет яблоко, обращается к Торговцу 3): А вы что продаете?
ТОРГОВЕЦ 3: Тебе мой товар без надобности.
ЛЮМОР: С чего так решил?
ТОРГОВЕЦ 3: Ты прихожий человек, не здешних мест. Вон, одежда на тебе чужая, монету ты бросил, каких здесь не чеканят. А мой товар – только местным понятен.
ЛЮМОР: Да это же просто книги! Что тут непонятного?
ТОРГОВЕЦ 3: Это не просто книги. Это – истории соседей. Такая профессия у моего кума, что он по городу истории собирает, да печатает, а я – продаю.
ЛЮМОР: Может, и мне интересно будет почитать?
ТОРГОВЕЦ 3: Смешной ты человек! Ну, кому интересно будет про других узнавать! Всем только о себе подавай!
ЛЮМОР: Странный у вас город.
ТОРГОВЕЦ 3: А ты не городской что ли?
ЛЮМОР: Вроде и городской, просто жил долго по деревням. Вот, теперь города не люблю. Ну, не то чтобы уж совсем не люблю, но как-то не доверяю, что ли.
Раздаются звуки труб
На помост выходят глашатаи
Явление 2
Те же и глашатаи
ТОРГОВЕЦ 1: О! Новый закон приняли. Сейчас узнаем!
Один из глашатаев разворачивает длинный свиток, откашливается и читает с листа.
ГЛАШАТАЙ 1: Сказано! В стране быть новому закону: положено появляться звездам среди дня и ночи, и не зависеть от дождя и прочего.
ГЛАШАТАЙ 2: Закон призван решить заботу о человеке, звезды предназначены для увеселения глаз и добавления радости в сердцах.
Оба глашатая как по команде поднимают головы к небу, следом за ними смотрят на небо и те, кто стоят на площади. Одна за другой зажигаются звезды.
ТОРГОВЕЦ 2: И впрямь звезды!
ТОРГОВЕЦ 3: Чему удивляешься? Закон же огласили. Как, сердце уже увеселяется?
ТОРГОВЕЦ 2: Увеселяется!
ТОРГОВЕЦ 1: Ладно придумано. И ни у кого такого нет, ни в одной стране. Повезло тебе, человек. Такое событие увидел…
ЛЮМОР: Ткани у тебя куплю. Жене в подарок. У нас и впрямь таких, нет, из лаванды, говоришь?
ТОРГОВЕЦ 1: (поспешно) Из лаванды!
ЛЮМОР: Не рассыплется, как границу пересеку?
ТОРГОВЕЦ 1: Обижаешь, бродячий человек! Такого у нас не заведено, честно торгуем! Тебе на платье отмерить или на рубаху?
ЛЮМОР: На платье.
ТОРГОВЕЦ 2: А у меня яблок возьми. С Архипелага!
Сцена 6
Озеро, камыши, на берегу сидит Рыбак. Слышен стрекот насекомых и лягушек.
Подходит Люмор.
Явление 1
ЛЮМОР: Клюет?
РЫБАК: (оборачивается) Рыба умна стала, приманку дорогую требует.
ЛЮМОР: Ничего не меняется в наших краях.
РЫБАК: Привет, Люмор. Давно тебя не было.
ЛЮМОР: Год, как полагалось.
РЫБАК: Ты не сомневайся, твоя тебя ждет. Уже недели две пироги печет. А как ты не приходишь – раздает по соседям. И опять печет. Каждый день.
ЛЮМОР: С чем пироги?
РЫБАК: Разные. Того дня были с моченой ягодой, а вчера с репой. Скучает супружница твоя, даже с лица спала, невеселая. Бабы говорят, боится, что загулял ты в чужих краях.
ЛЮМОР: С чего бы?
РЫБАК: Так бабы же! Им же попугаться вместе оно в радость. Они же потом счастливые, что оно не случилось, чего они надумали. Моя вот, слышь, такую байку себе обозначила: что, мол, буду я вот так же как теперь на бережку сидеть, а на меня медведь нападет! Она сама-то из деревни не выходит, мира не знает! Даже на базар не ходит, все ей кума несет. Вот и надумала себе. Я ей говорю, какой медведь, ты о чем? Сказано же: медведю рыбу не ловить, человека не ломать. Так чего бы ему сюда нос казать, а? Свернется себе калачиком под каким-нить кустом да мырчит себе о своем, о медведячьем.
ЛЮМОР: Ты на песни рыбу приманивай, всегда наверняка идет.
РЫБАК: Надоела мне эта приманная песня, тоскливая она.
ЛЮМОР: Как знаешь. Я домой пойду, у извини, потревожу. Близко ты у входа рыбачишь.
РЫБАК: А ты иди покойно, вот рыба и не спугается.
ЛЮМОР: (заходит в озеро) Вечером заходи, посидим, поворчим.
РЫБАК: Глупости говоришь. Месяц не зайду, а то и дольше. Что ж я, чужому счастью враг? Твоя жена меня со свету сживет, если так вот сразу припрусь. Не, месяц выжду – не меньше. А то и два!
ЛЮМОР: Ну, как знаешь. (Поворачивается лицом к озеру) Привет, дом (скрывается в озере).
Явление 2
Рыбак
РЫБАК: Хороший у нас закон, чтобы жители строили дома в озере, а вода не смела никого убивать. Иди, Люмор, иди. А может, и правда, песней приманить? (поет)
Кабы утром да повысыпали звезды
Так какое же тогда это утро;
Кабы милая гуляла бы с другом,
Так зачем любовь да дружба такая?
Я пойду бродить по миру веселый,
А за мною звездопад хороводом,
А за звездами любимая с другом
В те края, где все совсем по-другому…
О! Клюет, родная! А ну-ка дальше-то!
Кабы солнышко светило бы ночью
Так какая ж это ночь, если ярко?
Кабы сладкое вдруг стало соленым
Ни к чему нам таковы перемены.
Если правила не станут полезны,
Так зачем душе такие законы?
Я пойду бродить по миру до края
И искать, где все совсем по-другому.
Конец пьесы
2008, 2020 гг